В начало Карта Постройки Литература Ссылки Архив гостевой книги Eng

ПОБОРНИК НОВОГО СТИЛЯ
Страницы творческой биографии А. Ф. Бубыря

В. Г. Исаченко,
архитектор, член Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры.

Рубеж XIX и XX столетий... В архитектурной летописи нашего города это не самая яркая страница. Тем не менее она также заслуживает внимания исследователей и, несомненно, таит немало интересного для всех ленинградцев. Более скромные по своим художественным качествам, чем представительные ансамбли центральных проспектов и площадей, сооружения той поры, среди которых преобладают жилые дома, продолжают служить новым поколениям. Они прочно вошли в рядовую застройку знакомых нам улиц и вместе с признанными памятниками зодчества придают Ленинграду неповторимое своеобразие.

В начале XX века в городе на Неве трудилось немало крупных мастеров, чья творческая деятельность еще не осмыслена с достаточной полнотой. В их ряду видное место занимает Алексей Федорович Бубырь (1876—1919). "Превосходный строитель, организатор и принципиальный поборник нового стиля в архитектуре", — так, вспоминая о годах совместной работы, говорил о нем известный советский зодчий Л. А. Ильин [1].

В 1902 г. А. Ф. Бубырь окончил Петербургский институт гражданских инженеров, где получили прекрасную подготовку многие архитекторы того времени [2]. Студенты и педагоги института стремились к поискам новых выразительных архитектурно—планировочных и конструктивных решений, интересовались не только искусством, но и техникой.

А. Ф. Бубырь быстро включился в архитектурную жизнь столицы, уверенно вырабатывая свой творческий почерк. В многочисленных конкурсных проектах, часть которых выполнена совместно с Л. А. Ильиным и Н. В. Васильевым, нетрудно обнаружить качества зрелых произведений мастера. Рациональная планировка зданий, тщательная разработка вопросов освещения и ориентации помещений получали высокую оценку. Образцом подобного здания можно считать проект дома Безобразовой в Демидовом переулке (ныне пер. Гривцова), выполненный совместно с Л. А. Ильиным и осуществленный с некоторым изменением фасадов, внесенным Ю. Ю. Бенуа [З]. Контуры участка, примыкавшего к Екатерининскому каналу (ныне канал Грибоедова), оказались не очень удобными. Но А. Ф. Бубырь сумел найти удачные соотношения площадей помещений и дворов. Единство главных и внутренних фасадов, рациональная планировка здания дали основание современникам назвать его "удачным образчиком современного типа обывательского дома".

Дом № 8 на ул. Салтыкова-Щедрина, 1906 г. Фрагменты. Дом № 9 на ул. Петра Лаврова, 1904 г. Фрагмент (внизу справа).

Подобными достоинствами обладают доходный дом на Фурштадтской улице (ныне ул. П. Лаврова) и "элементарная школа" на Кирочной (ныне ул. Салтыкова-Щедрина), также созданные в соавторстве с Л. А. Ильиным [4]. Оба здания занимают важное место в городской застройке, расположены рядом с фельтеновской церковью св. Анны (ныне кинотеатр "Спартак"), а их дворовые фасады образуют единую пространственную среду. Объемное решение школы вытекает из планировочной ситуации: незначительные размеры участка и необходимость разместить большое количество помещений обусловили возведение пятиэтажного корпуса с двумя входами (для мальчиков и девочек) и пологими лестницами.

Строительные и отделочные работы отмечены чрезвычайно высоким качеством. Как и в ряде последующих сооружений, А. Ф. Бубырь применил здесь финляндский камень, гранит, красный и серый облицовочный кирпич. Использование для отделки долговечных местных материалов — характерный прием в архитектуре начала XX века, не потерявший своего значения и по сей день.

Лучшие произведения А. Ф. Бубыря характеризуются выразительностью облика, лаконичностью форм, рациональной структурой. Архитектор умел гармонично сочетать современные ему строительные конструкции и отделочные материалы с новой пластикой, свободной от мелочного декора. Если многие представители петербургского модерна примыкали к его декоративистскому направлению, то А. Ф. Бубырь, подобно Н. В. Васильеву и И. А. Претро, тяготел к системе, в которой угадываются предпосылки функционализма 1920-х годов. В то же время построенные им здания по-своему нарядны, что вытекает из творческого осмысления традиций русской северной архитектуры.

Дом № 11 на Стремянной ул., 1907 г. Общий вид.

Дом № 11 на Стремянной улице, спроектированный совместно с Н. В. Васильевым (1907), обладает почти всеми особенностями, которые в полной мере проявились в произведениях А. Ф. Бубыря [5]. Сам автор подчеркивал, что основное внимание он уделял тщательной разработке планировочной структуры и сочетанию облицовочных материалов.

Контрасты фактуры различных поверхностей — штукатурки, гранита и тесаных деталей, их тонкая полихромия вносят известную живописность. Ритмика проемов, пластика стены придают асимметричной композиции главного фасада уравновешенность. Столь же выразительно трактованы дворовые фасады с тонкими переходами объемов и разнообразием оконных проемов.

А. Ф. Бубырь участвовал в разработке проектов крупных общественных сооружений, например больницы имени Петра Великого в Петербурге (совместно с Н. В. Васильевым). Замысел отличался ансамблевым подходом к архитектурному решению, внимательно продуманной ориентацией корпусов и системой освещения [6]. Еще более совершенным был конкурсный проект театра-курзала в Ессентуках (1909); получивший 1-ю премию [7]. Показательно, что в первую очередь отмечалась "красота превосходно разработанного плана". Характерны для А. Ф. Бубыря удачные соотношения площадей главных и вспомогательных помещений; просторные фойе, широкие коридоры открывали возможность для выполнения в будущем художественного декора.

Ясно выраженная индивидуальность архитектора способствует узнаваемости его творческого почерка, появляющегося в различных работах. Так, анализ композиционного построения и прорисовки деталей крупнейшего курортного комплекса "Кавказская Ривьера" в Сочи (построен в 1909 г.), ставшего, по ленинскому декрету, первым курортом для трудящихся Советской республики, позволяет предположить, что его автором также был А. Ф. Бубырь. Примечательные качества архитектурно-художественного стиля зодчего раскрываются в ряде жилых зданий; построенных в Петербурге (1910—1912 гг.).

Дом № 159 на наб. Фонтанки, 1910 г. Общий вид и фрагменты.

Дом на Николаевской улице (ныне ул. Марата, д. 30) отличается лаконичностью, выделяющей его из окружающей эклектичной застройки [8]. Большое эмоциональное воздействие на зрителя оказывает дом № 159 на набережной Фонтанки [9]. Примененные здесь материалы — кирпич, черепица, гранит, цементная штукатурка — подчеркивают пластику, стен и основные членения фасадов.

Фактурные и цветовые сопоставления плоскостей помогают постичь модульную систему, присущую целой группе зданий этого периода творческой деятельности архитектора. Ритмика проемов и простенков соответствует внутренней структуре дома. Это сооружение играет важную роль в формировании застройки набережной. Его мощный объем и выразительный силуэт вступают в самые разнообразные взаимосвязи с окружающими домами, скульптурами сфинксов и фонарями.

Дом № 64 на Загородном пр., 1911 г. Общий вид и фрагменты.

Функциональной обоснованностью построения архитектурного организма, логической закономерностью мышления отличается дом № 64 на Загородном проспекте [10]. Здесь также можно заметить новое понимание тектоники стены. Разнообразной группировкой проемов и балконов архитектор добивается впечатления большой насыщенности стен.

Здесь, как и в доме на Фонтанке, особенного внимания заслуживают дворовые фасады с тщательно выверенными соотношениями высот, согласующиеся с размерами дворовых участков и мягким очертанием домов в плане. Простыми средствами А. Ф. Бубырь создает развитую пространственную среду, крупными членениями добивается ощущения пластического богатства. Напряженность образов, некоторая суровость, но без сухости в какой-то степени напоминают лучшие графические листы М. В. Добужинского.

А. Ф. Бубырь придает важное значение силуэту здания — с этим связана детальная разработка выразительной композиции завершений. Перепады кровли, мансардные этажи, башенки, высокие фронтоны часто являются "украшением" построек. Верхний этаж зодчий любил оформлять полуколонками, оживляющими ритм оконных проемов. Этот мотив повторялся и в других частях зданий, способствуя выявлению их структуры. Объединенные с балконами, эти элементы придают фасадам индивидуальную трактовку.

Еще одна особенность творческого почерка архитектора — использование черепичных покрытий на выступающих элементах главных и дворовых фасадов. Этот прием он применял тактично, достигая значительных декоративных эффектов.

А. Ф. Бубырь активно внедряет в строительную практику железобетонные конструкции; так, одним из первых он вводит для доходных домов новый тип междуэтажных перекрытий, обладающих высокой огнестойкостью (система французского инженера Кулару). Подобные перекрытия были применены в доме № 23 в Ковенском переулке [11]. Это здание характеризует дальнейшее развитие творческих принципов зодчего, его тяготение к большей лаконичности выразительных средств. Естественные отделочные материалы с разнообразной фактурой поверхности сменяются здесь штукатуркой, сочетающейся с гранитом в первом этаже. Архитектурный образ создается выразительным силуэтом кровли и рисунком окон, прорезающих толщу стены. Небольшие выступы на фасадах, эркеры, подоконные плиты вызывают богатые светотеневые эффекты.

Дом № 6/18 в Заячьем пер., 1912 г. Фрагменты и общий вид.

Не менее интересен дом № 6/18 на углу Заячьего и Дегтярного переулков, близкий по решению к только что рассмотренному [12]. Двухцветные фасады, характерные для построек А. Ф. Бубыря 1910-х годов, имеют четкие вертикальные членения, что придает им стройность и изысканность. Наиболее интересен угол здания, остроумно смягченный вертикальной раскреповкой первого и второго этажей и необычной композицией балконов.

В начале 1910-х годов формируются большие городские кварталы, продолжается застройка ряда улиц. Интересный комплекс возник на новом отрезке Большого проспекта Петроградской стороны — от Каменноостровского проспекта (от площади Льва Толстого) до набережной Карповки. Среди зданий, построенных А. Е. Белогрудом, К. И. Розенштейном, А. И. Нидермейером, С.С. Корвин-Круковским, стоит и монументальный дом № 104, созданный А. Ф. Бубырем [13]. Сооружение характерно крупными формами, пластической насыщенностью. Первый и второй этажи выделены офактуренными рустами, остальные объединены декором. Своеобразно выполнены дворовые фасады с использованием отделочного кирпича и полуколонок. Планировка этажей обусловлена группировкой помещений вокруг двора, близкого к квадрату. Все элементы здания, вплоть до рисунка оконных переплетов и чугунных ворот, тщательно продуманы архитектором и выдержаны в едином архитектурно-художественном стиле. Еще интереснее был первый вариант решения, оставшийся неосуществленным.

А. Ф. Бубырь активно работал также над созданием театров, чрезвычайно плодотворно сотрудничая с Н.В. Васильевым. Проекты зодчих, отмеченные пониманием специфики театральных зданий, выделялись лаконичностью, функциональной обоснованностью объемно-планировочных решений, сдержанной пластичностью. Они совершенно лишены стремления к ложной монументальности и отражают демократические тенденции своего времени. Эти качества проявились в премированных конкурсных работах для Тамбова, Ессентуков и, наконец, в осуществленном проекте театра в Ревеле (Таллин, Пярну-мантеэ, 5) [14]. Авторы одержали победу в творческом состязании, в котором участвовали их коллеги из Германии, Австрии и Финляндии. Ревельский театр (1910), созданный в традициях характерной для этого города плитняковой архитектуры, является одним из лучших зданий Таллина начала XX века. Гибкая планировочная структура, взаимосвязь помещений во многом определили живописный объем сооружения, его связь с окружающей городской средой. В отделке фасадов А. Ф. Бубырь и Н.В. Васильев использовали красный кирпич, что придало зданию черты, созвучные облику старого Таллина.

В те же годы А. Ф. Бубырь совместно с Н. В. Васильевым строит в Таллине завод и особняк для его владельца Лютера [15]. С именем А. Ф. Бубыря связано проектирование и строительство многих других крупнейших сооружений в Петербурге. Возможно, он участвовал в поисках планировочного решения дома 1-го Страхового общества (Каменноостровский пр., 26—28); судя по некоторым чертежам, можно предполагать участие А. Ф. Бубыря в разработке конструкции купола мечети. По-видимому, именно А. Ф. Бубырю и Н. В. Васильеву принадлежит окончательный замысел Бассейного кооператива (дома № 58—60 на ул. Некрасова).

Здания, возведенные по проектам зодчего, отмечены высоким качеством строительных и отделочных работ. Отличаясь чрезвычайной требовательностью и энергией, архитектор не допускал недоброкачественного отношения к труду. Много внимания А. Ф. Бубырь уделял инженерной части проектов, эстетическому осмыслению конструктивных элементов, внедрению железобетонных конструкций. Вплоть до 1918 года он преподавал в Институте гражданских инженеров один из важнейших предметов — конструктивные чертежи, а также архитектурное проектирование. А. Ф. Бубырь вел активную работу в Обществе гражданских инженеров и Петербургском обществе архитекторов в качестве эксперта и секретаря судейской комиссии по рассмотрению проектов крупнейших сооружений России.

В своей насыщенной творческой деятельности архитектор соприкасался с живописцами И. Е. Репиным, Б. М. Кустодиевым, актерами Л. В. Собиновым и А. В. Неждановой, скульптором С. Н. Судьбининым. Еще более близкие отношения связывали А. Ф. Бубыря с Д. И. Менделеевым и его семьей. Великий ученый, сам пробовавший силы в зодчестве, привлек нескольких архитекторов к проектированию комплекса зданий Палаты мер и весов на Забалканском проспекте (ныне Московский пр., 19). В их числе были А. И. Гоген, С. С. Козлов и другие. Уже после смерти Д. И. Менделеева А. Ф. Бубырь построил здесь крупное трехэтажное здание — корпус № 2 (1913—1914). Удачные пропорции, прорисовка деталей, использование рустовки характеризуют А. Ф. Бубыря как архитектора высокой культуры, свободно владевшего традиционными приемами петербургского классического зодчества. В эти же годы он надстроил третий этаж корпуса № 1 и возвел на нем обсерваторию [16].

Человек большой одаренности и работоспособности, А. Ф. Бубырь прожил короткую жизнь — 43 года. Поражает то, что всего за 13—14 лет творческой деятельности он сумел так много сделать. Жилые здания, театры, учебные заведения, административные, медицинские учреждения и промышленные здания [17] получили в проектах зодчего самые прогрессивные решения. Далеко не все замыслы были осуществлены, однако и созданного вполне достаточно для того, чтобы оценить вклад А. Ф. Бубыря в развитие архитектуры.

Для современных мастеров наследие зодчего поучительно его умением лаконичными средствами добиваться сильного эмоционального воздействия. Различные сочетания одних и тех же элементов, тщательно выверенные соотношения больших масс и деталей придают его постройкам свежесть и остроту. Единство экстерьеров, интерьеров и городской среды, своеобразное преломление принципов национального северного зодчества — эти качества делают творчество А. Ф. Бубыря ярким явлением в отечественной архитектуре начала XX века. Его имя не должно быть забыто, а лучшие произведения достойны того, чтобы взять их под государственную охрану.

ЛИТЕРАТУРА

  1. «Архитектура Ленинграда», 1938, № 2, с. 58—59.
  2. ЛГИА, ф. 184, оп. 3, д. 551, лл. 1, 7, 14.
  3. ЛГИА, ф. 528, оп. 1. д 233;
    Зодчий, 1903, с. 151, 215, лл. 25—27.
  4. Зодчий, 1903, с. 127, 536; лл. 17, 18;
    Зодчий, 1904, с. 358, л. 40;
    Зодчий, 1905, с.284, лл.14, 29, 30.
  5. Зодчий, 1906, с. 522—523.
  6. Зодчий, 1906, с. 402, 465.
  7. Зодчий, 1909, с. 43.
  8. ЛГИА, ф. 513, оп. 102, д. 5054, лл. 54—56.
  9. ЛГИА, ф. 513, оп. 102, д. 3899, лл. 14—26.
  10. ЛГИА, ф. 513, оп. 102, д. 6280—6281, лл. 73—106.
  11. ЛГИА, ф. 513, оп. 102, д. 4130, л. 22.
  12. ЛГИА, ф. 513, оп. 102, д. 8999, лл. 2—17.
  13. ЛГИА, ф. 513, оп. 102, д. 7663.
  14. Зодчий, 1907, лл. 31, 34, 36;
    Зодчий, 1909, л. 40.
  15. Искусство и быт. 1974. № 1, с. 46—47;
    Э. Ю. Купффер. Жилой дом. СПб., 1913 (?). с. 358—362.
  16. Е. Т. Чернышев. Всесоюзный научно-исследовательский институт метрологии им. Д. И. Менделеева. Л., 1960, с. 12.
  17. ЛГИА. ф. 1228, оп. 3, д. 162; ф. 513, оп. 102, д. 2884.
ОСНОВНЫЕ РАБОТЫ
  1. Дом № 52-54 на канале Грибоедова, 1903—1905 (планировка, фасады изменены Ю.Ю.Бенуа).
  2. Проект Калашниковской биржи, 1904.
  3. Проект мужской гимназии в Екатеринодаре, 1904.
  4. Дом № 9 на улице Петра Лаврова. 1904.
  5. Проект коммерческого училища в Баку. 1904.
  6. Проект дома Растеряевой, 1904.
  7. Проект здания московского купеческого собрания, 1905.
  8. Проект храма в Павлограде, 1906.
  9. Проект женской гимназии в Либаве. 1906.
  10. Дом № 8 на улице Салтыкова-Щедрина. 1906.
  11. Проект больницы им. Петра Великого. 1906.
  12. Дом № 125 на Лиговском проспекте. 1900 (фасады изменены Л. Л. Лишневским).
  13. Проект театра в Тамбове, 1907.
  14. Проект театра в Тамбове. 1907 (2-й вариант).
  15. Дом № 11 на Стремянной улице, 1907.
  16. Дом № 27/2 на Таврической улице, 1907.
  17. Проект курзала-театра в Ессентуках, 1909.
  18. Проект женской гимназии в Екатеринбурге, 1909.
  19. Дом № 4/23 в переулке Макаренко, 1910.
  20. Дом № 30 на улице Марата, 1910.
  21. Дом № 159 на наб. Фонтанки, 1910.
  22. Дом № 23 в Ковенском переулке, 1911.
  23. Дом № 64 на Загородном проспекте, 1911.
  24. Дом № 104 на Большом проспекте, 1912.
  25. Дом № 6/18 в Заячьем переулке, 1912.
  26. Проект здания фирмы «Автомобили Рено», 1914—1916.
  27. Корпус № 2 Института метрологии, 1913—1914, Московский проспект, 19.
  28. Корпус № 1 Института метрологии, 1913—1914 (надстройка и обсерватория) — Московский проспект, 19.
  29. 3авод Лютера в Таллине, 1912—1914.
  30. Эстонский драматический театр в Таллине, 1910.
  31. Проект дома Лютера в Таллине, 1912—1914.
  32. Особняк Лютера в Таллине, 1912—1914.
2-10, 14 — совместно с Л. А. Ильиным.
11, 13, 15, 17, 18, 29-32 — совместно с Н. В. Васильевым.

(Строительство и архитектура Ленинграда. 1978, № 3. С. 36-38.)


Вернуться к списку